Казах.ру
поиск по сайту и Казнету
rus / eng / kaz
Форумы
На русском языке
Қазақша сөйлесу
Последние темы всех форумов:

Куплю буровое оборудование для нефтянной промышлености...
Отыздан асып орнын таба алмай жүрген жастардың танысу бұрышы...
Намаз оқитын қыздар жігіттермен танысу және сырласу ...
40-50 жастагылар танысу...
Помогу оформить кредит...
Ажыраскан жигитпен танысам ...
Моторные масла. Предлагаем вам стать нашим эксклюзивным дистрибьютором...
Көмек керек болса айтыңдар... ...
Хочу срочно замуж. Кто хочет жениться? ...
Шапырашты.Екей.KZ ...










Общение

Общение: Список форумов
Форум: Казахи
тема: Казахское слово


автор темы сообщение
ORDA
20-06-06 08:04
ВОЗМОЖНО У 90% НЕ ХВАТИТ ТЕРПЕНИЯ ПРОЧИТАТь ДО КОНЦА, НО КТО ПРОЧИТАЕТ НЕ ПОЖАЛЕЕТ, в особенности хотелосьбы чтобы прочитали скептики и те кто кречит "зачем учить казахский" описание насколько казахское слово богатое, это нечто, тут не казах(немец) доказывает европейцам и русским даже своим немцам, насколько казахский богатый язык! советую прочитать. темболее взглят нетральной стороны как нельзя полезен и не субъективен!


Белгер Герольд
Гармония духа. -М.: Русская книга, 2003. -288 с.
Переводчик, прозаик, публицист Герольд Бельгер (1934) родился в России, в семье поволжских немцев, однако с малых лет и поныне живет и трудится в Казахстане. Он вырос в казахском ауле, окончил казахскую среднюю школу, проникся казахской ментальностью, работая в сфере трех культур -казахской, немецкой и русской.
Духом казахов пронизано и все его творчество. В данный сборник Г Бельгера включены его очерки-эссе о духовном родстве и единстве разных культур, о перекличке исполинов Духа, о самобытности и богатстве казахского речестроя, о нравственных устоях казахского аула. В потоке вечной гармо¬нии автор настойчиво ищет и находит незыблемые основы духовного бытия.


КАЗАХСКОЕ СЛОВО

Тiл — көңiлдiң кiлтi

Язык— ключ к душе человека

Жақсы сөз — жарым ырыс.
Доброе слово — половина блага.
Казахская поговорка

Поводом для написания этих беглых заметок послужила давняя потребность поделиться с так называемым русскоязычным читателем своими многолетними наблюдениями о некоторых качествах, своеобразиях и достоинствах казахского речестроя.
Уже несколько лет не выходит у меня из головы одна, не очень приятная, встреча с эмиссаром из ЦК КПСС по фамилии Мищенко (а, может, Тищенко или даже Нищенко, точно уже не помню), который, прибыв по горячим следам декабрьских событий 1986 года из Москвы, пригласил меня на конфиденциальную беседу в ЦК КП Казахстана, чтобы я — как человек нейтральный {«ара ағайын») и имеющий определенные представления о казахском языке (как-никак переводчик казахской художественной прозы) — просве¬тил его по части лексического запаса казахов, так как накануне некий доморощенный «знаток» языка довери¬тельно сообщил ему, что казахский язык состоит всего из 200 слов (ни больше, ни меньше). Чувствовалось, что Мищенко (кстати, вел он себя как хозяин Казахстана) очень хотелось, чтобы я это авторитетно подтвердил: да, так и есть, казахский язык, о котором вдруг стали так обостренно и много говорить, состоит именно из 200 слов.

Я это утвердить не мог и тем самым не оправдал надежд и доверия высокого гостя. Более того, пустился, помимо воли, в длинные рассуждения о природе казахского языка, ссылался на суждения и авторитеты академиков Бартольда и Радлова, помянул и Янушкевича, обрушил на голову рассеянного слушателя поток примеров, и разочарованный, раздосадованный представитель-инспектор ЦК КПСС, оборвав меня и сдержанно поблагодарив, отправил восвояси.
Легенда (лживая и унизительная) о бедности и скудости казахского языка внедрялась в сознание общества десятилетиями (если не столетиями). Она пустила очень глубокие корни даже среди вполне порядочных, образованных, либеральных людей. Помню, как примерно в то же время один известный московский критик-литературовед, знаток европейских языков, в перерыве на одном из переводческих семинаров отвел меня в сторонку и поинтересовался: «Скажите, только честно, казахский язык действительно язык или скотоводческий диалект узбекского?»
Я растерялся от такого вопроса.
Позже ГДР-овский журналист, общительный бородач, за дружеским застольем без подвоха, совершенно искренне спросил: «Есть ли слово «любовь» у казахов и соответствует ли это понятие у них европейскому?»
И ты, Брут?!
От удивления я, выражаясь по-казахски, схватился за воротник.
Поистине: невежество — бич разума.
То, что досужее мнение, будто казахский язык скуден и беден, — ложь и кощунство — еще не главная беда. Главная беда в том, что в эту легенду со временем уверовала и значительная часть так называемых носителей языка. Которые в сущности ими не были. Или не являются. Но которые эту легенду вольно или невольно, сознательно или несознательно всячески тиражировали.
Я всегда испытываю стыд и неловкость оттого, что иные казахи, по тем или иным причинам давно отлученные от этнических корней, от родного языка, с апломбом говорят о его скудности.

В последние пятнадцать лет (особенно!) языковая буря в Казахстане не утихает. Страсти бушуют повсеместно. Ищут виновных в бедственном положении языка. В печати теребят косноязычных мажилисменов и безъ¬языкое правительство. Ударяются в крайности. Раз¬облачают мнимых врагов и друг друга. Хватаются за палицу, которую поднять не в силах. Увесистые тумаки достаются нерадивым. От «манкуртов» летят клочья. В пылу спора незаслуженно достается и русскому языку — выразителю «имперского» зла. Случается, щипают и неведомых, но якобы вездесущих «масонов». Косяками рождаются беспомощные концепции и беззубые про¬граммы развития государственного языка. Пишутся серьезные и не очень статьи в защиту его (от кого? от чего?).
Все понятно. Все логично. Все объяснимо.
Сказать, что воз и ныне там, что реальных сдвигов нет, было бы неправильно. Несомненно, есть позитивные результаты. Свидетельствую: аура казахского языка заметно расширилась именно в последние годы. Все больше говорят на казахском языке. Все более конкретно заботятся о нем. Растет его востребованность.
И хотя все понимают: возрождение языка никак не произойдет в одночасье, нужны терпение, старание, условия, постоянные усилия, общественная, государ¬ственная, индивидуальная воля, нужна непроходящая, повседневная, взыскующая любовь к главному богатству народной души, все же сплошь и рядом, печатно и устно слышны нарекания, недовольства, ропот и отчаяние по поводу медленного, слишком медленного восстановления и развития родной речи. Казахи, на мой взгляд, вообще максималисты, им выдай сразу все и в полной мере: и независимость, и свободу, и достаток, и расцвет по всем параметрам. Казах предпочитает хотя бы один день быть бурой (верблюдом-самцом), чем тридцать дней атаном (кастрированным рабочим верблюдом).
Увы, так не бывает.
Казахскому языку лишь сравнительно недавно придан государственный статус, и, понятно, государственным в полном, желаемом смысле и объеме он пока не стал. Однако, если народ захочет, если народ, от мала до велика, в том заинтересован — станет.
Поэтесса и депутат Мажилиса Фариза Онгарсынова назвала его с болью «государственным сиротой». Она, может, и недалека от истины, и пафос ее заявления, полагаю, разделяет большинство ее сограждан, однако, главную вину сиротства следует, убежден, искать прежде всего в самих носителях этого языка или, точнее, среди тех, кто по этническому происхождению должен бы быть носителем. Российских немцев, развеянных по городам и весям империи в недобрые времена, сурово преследовали за то, что они «шпрехали» на родных диалектах. Казахов же на их земле, в их независимой стране, слава Аллаху, за стремление к родному языку не преследует никто. И об этом следовало бы помнить везде и всюду. «Империя», конечно, большое зло, но в национальной нерадивости она виновата лишь отчасти.
В силу своего воспитания и профессии литератора-переводчика, по своей определенной причастности к культуре коренных казахстанцев я давно и принципиально ратую за развитие и расцвет казахского языка, ибо глубоко сознаю, что он того достоин. Но смотрю на эту проблему более радужно, уверенный, что за последние годы заложен совсем неплохой фундамент для достижения вожделенной цели и полагаю, что если не упустить, не пригасить инерции возрождения, восстановления, то со временем, через, скажем, два-три десятилетия можно будет говорить о серьезных результатах на этом пути.
Не нужно только постоянно — извините — скулить, скорбеть, нудить, разводить вселенский плач, убиваться, сетовать, кого-то обвинять и проклинать, а методически, шаг за шагом, целеустремленно, изо дня в день, на всех уровнях добиваться желаемого. Абаевское кредо «ақырын жүріп, анық бас» («идя медленно, ступай уверенно») в этом случае весьма кстати. Для этого есть все основания и все возможности. О том, на мой взгляд, красноречиво свидетельствует недавно обнародованная «Государственная программа функционирования и развития языков на 2001-2010 годы». Главное достоинство этой программы в том, что она не ущемляет множества языков в Казахстане, а настроена на оказание поддержки казахскому языку, чтобы он мог в полной мере выполнять функции государственного.
Своими скромными разрозненными заметками, наблюдениями, замечаниями по поводу и без повода хочу также внести свой посильный вклад в решение этой сложной и ответственной проблемы.
Хочу поведать своим гипотетическим читателям о своем понятии, представлении, ощущении относительно особенностей и богатства казахского речестроя, надеясь, что это может быть интересно и для русскоязычных, и для тех, кто не совсем в ладу с родным языком.
Хотя я и вырос в казахской среде и живу в Казахстане 60(!)лет, но все же по происхождению являюсь российским немцем, то есть, в какой-то мере как бы наблюдателем со стороны, а со стороны, говорят, все виднее, человек со стороны, иного рода-племени, случается, подмечает то, что не всегда видит тот, кто повседневно варится в своем национальном казане.
Я не стану придавать своим запискам строго систе¬матический, научный вид, это не учебник, не пособие, не путеводитель, не «методичка», это именно записки, вольное изложение своих наблюдений, родившихся в течение многих лет. Нередко это — разрозненные заметки из записных книжек разных лет или пометы на полях прочитанных книг, и буду излагать свои наблюдения абсолютно вольно, как Бог на душу положит, а читатель вправе их читать, если охота, как ему заблагорассудится — с начала, с конца, соглашаться или оспаривать, дополнять и расширять их по мере своих познаний.
Словом, это непритязательная, вольная беседа с неравнодушным читателем.
И еще: я постараюсь быть лаконичным, дабы не утомить уважаемого собеседника. Известно: веревка хороша длинная, а речь — короткая.


II

Was Hünschen nicht lernt, lernt
Hans nimmermehr
Что Гансик не выучил, тому
Ганс не научится.
Немецкая пословица

1941-й год. Война. Осень. Холод. Нужда. Неопреде¬ленность и страх. Мы, спецпереселенцы с Волги, живем сиротливо при медпункте в казахском ауле на берегу Есиля (Северный Казахстан).
Отец, фельдшер, обслуживает ближайшие населенные пункты. Мама обменивает свои городские «наряды», остатки былого благополучия, прихваченные при депорта¬ции, казашкам-соседям на молоко, пшено, ячмень, шерсть. Я играю с казашатами-сверстниками и запоми¬наю первые казахские слова: бар, жоқ, кел, бер, жүр, нан, айран, eт, aт... Иногда в рифму: жол — дорога, сиыр — корова, жүген — узда... Далее нечто непотребное, непечатное, доселе неслышанное. «Либер Гот!» — поражается мама. Отец поощряет мои старания. «Пригодится...» Меня учат все охотно и увлеченно. Все аулчане — от сорванца Аскера до подслеповатого дяди Тайшика — мои учителя.
Ежедневно хожу с солдатским котелком к соседям за молоком. Смешливые и приветливые сестры-погодки Кульшара и Кульбара Касымовы тоже учат меня казахским словам. Им это доставляет удовольствие. Они «крутят» мой язык и хохочут от души. Называют меня то «Гера», то «Кира», то «немыс-бала» и угощают сушеным кислым сыром и жареной на бараньем сале пшеницей. Ничего подобного на Волге не ел. Вскоре я узнаю, что молоко по-казахски - сүт, а из коровьего молока готовят «ағарған» — «белую пищу»: айран, қатық, қаймақ, бал каймақ, ақ қаймақ кілегей, белый иримчик, красный иримчик, койыртпақ, іркіт, сарысу, тасқорық, шалап, уыз, сірне, құрт, ежігей, сықпа, сүзбе; из кобыльего молока — қымыз, из верблюжьего; шұбат, қымыран, которых тоже бывает десятки видов.


Ни в русском, ни в немецком языках не подберешь для всех этих названий адеквата. Приходится прибегнуть к описательному, разъяснительному переводу. И это открытие поражает.
Начинаю вникать в смысл названий близлежащих аулов, входящих в радиус обслуживания моего отца. Как метко и поэтично! «Көктерек» — зеленый тополь. « Терең сай» — глубокий овраг. «Қаратал» — черная ива. «Жаңа жол» — новый путь. «Жаңа талап» — новое стремление, новая цель. «Өрнек» — узоры. «Алқа ағаш» — лес-ожерелье. «Ақ су» — беловодье. «Жаңа су» — новый источник. Видно, казахи — большие мастера по определению, характеристике местности. Точнее не скажешь. Точно и картинно! И мне это интересно.
Годы спустя я узнаю, что многие русские, по фонети¬ческому обличью, названия местности — на самом деле неузнаваемо искаженные казахские слова. Ганюшкино — оказывается, «Қан ішкен» (место побоища, где про¬ливалась кровь), а ущелье «Комиссар» на самом деле «Кім асар» (буквально: «Кто одолеет?»). И таких казусов окажется в Казахстане — пруд пруди.
Название старинных казахских поселений раскрывает их биографически сущностный признак: «Қара өткел» — черный брод; «Ақмешіт» — белая мечеть; «Ақмола» — белый холм, белая возвышенность; «Қарағанды» — караганник, заросли караганника; «Жезқазган» — медь копали; «Екібастуз» — «две головки соли»; «Ақтау» — белая гора; «Қаратау» — черная гора; «Алатау» — пестрые горы: «Көкшетау»—синие горы; «Алматау» — яблоневые горы; «Қызыл жар»— красный яр и т.д. Ничего случайного! Точно, образно, исчерпывающе.
Несколько десятилетий назад, когда Аральское море было еще в силе, красе и могуществе, я бывал в тех краях, и мне рассказывали о гряде островков, которые назывались «Қыз қашқан» («девушка сбежала»), «Қыз куған» («за девушкой погнались»), «Дамбал қалган» («штаны остались»). Целая картина. Пиши хоть повесть, хоть драму.
А какого смысла и красоты, значения и желания исполнены казахские собственные имена! Каждое имя — целый мир. Ну, какие имена были в немецких селах Поволжья? Сплошь и рядом: Иоганн, Иоганнес, Фриц, Петер, Вильгельм, Христьян, Хайнрих, Карл, Анна, Маг¬далина, Амалия, Маргарита, Виктория, Ольга... Конечно, как я потом узнаю, и эти христианские имена имеют свое значение, свой смысл. Но выбор-то совсем невелик, и случалось, в многодетной немецкой крестьянской семье одного звали Иоганн, другого Иоганнес, третьего — Ганс, одного — младший Фриц, другого — большой Фриц. Все собственные имена вертелись вокруг двух-трех десятков. Даже Рейнгольды и Рейнгарды, как слишком интелли¬гентные, городские, встречались не так уж часто.
А у казахов имен столько, сколько и слов. А, может, даже и больше, если учитывать заимствования из араб¬ского, персидского и других языков. Казахи неистощимы в придумывании имен для своих детей. Все учитывается: род, местность, время года, предки, какой-нибудь знаменательный случай, желание, мечта, намек, традиция, созвучие, благословение, житейская деталь, даже какой-нибудь казус. Все грани бытия, все проявления и параметры человеческой жизни, все аспекты нравственного и духовного бытования, все оттенки поэтического восприятия беспредельного мира, история собственная и заемная, вплоть до звуко¬подражания и инородных, иноязычных терминов, до сокращенных слов и аббревиатур, причудливых образо¬ваний — все, все находит отражение в казахских соб¬ственных именах. Казахская ономастика — удивительная, поразительная, увлекательная наука.
Если я начну приводить примеры, то моим запискам не будет конца... Тем более на тему казахской ономастики много писал профессор Телькожа Жанузаков. Блистатель¬ное эссе «У каждой эпохи свои имена» опубликовала несколько лет назад в «Казахстанской правде» Такура Жаксыбай. Разные справочные материалы о значении казахских имен можно найти в словарях. Будучи студентом, а позднее учителем, и я одно время сильно увлекался сбором казахских имен, собрал их в разных областях не¬сколько тысяч, систематизировал их, интересовался их этимологией, имел десятки корреспондентов, которые со всех сторон присылали мне списки имен родных и близких. Потом, став аспирантом, я узнал, что этим же более научно и серьезно занимается сотрудник Института языкознания Академии наук Казахской ССР Т. Жанузаков, к тому же мне почудилось, что тема эта беспредельна — все равно, что собирать все слова на свете, и я охладел к своему своеобразному хобби.
Чтобы не повторять известное, я ограничусь здесь лишь двумя-тремя случаями из моей личной практики во время сбора казахских имен.
В пору моего учительствования в районном центре Байкадам Джамбулской области я квартировал у вдовы по имени Кармеш. Я сразу записал это редчайшее (если не единственное) имя в свой фолиант и долго ломал голову: что оно означает, откуда пришло. Исчерпав свои познания по части этимологии, я обратился к носительнице этого имени. И она поведала его историю. Родилась она в 1925 году в глухомани. На шильдехану (праздник по случаю рождения ребенка) пригласили русского гармониста из со¬седнего села. Братишка-несмышленыш новорожденной с удивлением тыкал в гармонь и все спрашивал: «Бұл не?» («Что это?»). Взрослые отвечали: это гармонь, гармошка. «А-а, — возликовал мальчишка, — кармошке, кармеш* кармеш!» Это слово в устах любимца-мальца так обрадовало взрослых, что они тут же нарекли новорожден¬ную небывалым именем —- Кармеш. Вот и вся этимология! И вся история!
Другой случай. В начале 50-х годов у преподавателя казахской литературы нашей школы, большого оригинала и выдумщика, родилась девочка. До нее появились в семье на свет двое мальчиков. Первого назвали Бейбит (Мир), второго — Омир (Жизнь). Я был на той шильдехане и помню затянувшийся спор: какое же имя дать девочке. Неожиданный выход нашел сам отец. Бейнегуль! Да, да, Бейнегул («Подобная цветку»). Красиво, звучно и — главное — со смыслом. Сложилась первая строчка стихотворе¬ния: Бейбіт Өмір — Бейнегүл, то есть, Мирная Жизнь подобна цветку. Ну, не красиво ли? Имена трех детей аульного учителя сложились в картину мироздания, в философию: Мир и Жизнь подобны цветку. Неразрывное триединство!
Я уже не удивлялся тому, что у казахов встречаются имена: Коммунар, Съезд {Сиязбек), МТС, Лениншил, Колхозбек, Совхозбек, Социал, Коминтерн, Маскеубай (сын родился, когда отец ездил на ВДНХ в Москву, вот и Мэскеубай), Маркс, Энгельс, Октябрь, МЭЛС, Марэлс (Маркс, Энгельс, Ленин, Сталин), Гегель, Идеал, Арарат, Гений, Меркурий, Генерал, Маршал, Берлин, Париж, Талант, Сунь-Ят-сен и т.д. и т.п.
Абдижамил Нурпеисов рассказывал мне, как в одном аральском колхозе в послевоенное время встретился ему мальчуган по имени... Сталин. Сидели как-то гости в какре (плоскокрышая мазанка) и вдруг слышат громкий вопль хозяйки: «Эй, Сталин, будь ты неладен! Куда ты прова¬лился, негодник?! Ох, задам тебе трепку! — Ста-лин-ай, ты что теленка отпустил? Он же все молоко выцедит! Ах, Сталин, Сталин, дурачок! Чтоб тебя...» Гости опешили, переглянулись. Усатый вождь был еще жив. И шутки с ним были плохи. Хоть и был он силен в языкознании, но в казахской ономастике разбирался слабовато. Придя в себя, гости посоветовали хозяевам срочно поменять имя своего непутевого отпрыска.
Но вот встретилось мне имя Полас, и я опять был в недоумении. Что сие означает? Выяснилось: сокращение первых букв от Пушкин, Островский, Лермонтов, Абай, Сабит. Родитель, как видно, был книголюб и грамотей.
Словом, форма образования имен у казахов безгранич¬на. Казахские имена отражают быт, эпоху, социальные потрясения и высшие человеческие идеалы.
Элементы этого феномена открылись мне в детском возрасте, когда я впервые очутился в казахском ауле, а поражают, удивляют меня до сих пор, когда я уже благополучно преодолел возраст Пророка.

* * *

И еще одно открытие моих детских лет: как поют в аулах! Самозабвенно, задушевно, охотно, подзадоривая, поддерживая, вдохновляя друг друга, восклицая: «Уа, де», «Ой, жаса», «Ай, дегенің-ай», «Ай, азамат». Песни раздольные, широко льющиеся, проникновенные, протяжные, то печальные, то ликующие. Не у всех есть голос, но поют все. Поют в одиночку, иногда попарно, втроем, даже хором — но в унисон. На Волге, в немецких селах, тоже охотно пели, но там культивировали многоголосье. Заранее, бывало, распределяли: ты ведешь первую партию, ты — вторишь, ты подпеваешь третьим голосом. Получалось удивительно многоцветно. А в аулах поют главным образом в унисон. Поют при каждом удобном случае и даже в одиночку, когда человек едет верхом или на телеге, пасет скот или прядет шерсть. Многие годы спустя прочту у Г.Н.Потанина, друга Чокана Валиханова, большого знатока казахской культуры: «Мне чудится, что вся казахская степь поет». А в школе заучиваю наизусть абаевские строки:

Тұганда дүние ecігін ашады өлең,
Өлеңмен жер койнына кірер деген...

В переводе П. Карабина это звучит по-русски так:

Двери в мир открыла песня для тебя.
Песня провожала в землю прах, скорбя.

Об этом я узнаю позже. А пока в родном ауле я начинаю различать «Ләйлім шырақ», «Сырымбет», «Ақ сиса», «Қамажай», «Құлагер», «Ғалия», «Қаракесек», «Паровоз». В смысл, в слова этих песен не вникаю, но мелодию улав¬ливаю и стараюсь ее воспроизводить на мандолине. А однажды мы трое — отец на скрипке, мать — на гитаре, я — на мандолине — сыграли в школе «Қамажай». Боже, какая буря восторга обрушилась на нас! Мы сразу и бесповоротно завоевали расположение аулчан. Красивы казахские песни. Жаль, что не понимаю слов. Но понимание скоро придет. Лица аулчан светлели, когда они пели. Глаза сияли. А ведь шла война, жили скудно, и радость была редкой гостьей.

... В аспирантуре мне попадется на глаза статья востоковеда и педагога А. Алекторова «Киргизская песня» (имеет в виду "Казахская песня"). И я удивлюсь, как зримо и точно воспроизвел он свои впечатления от слушания казахской песни и как это созвучно моим детским ощущениям.
«На дворе шумела буря, а я сидел в теплой зимовке и слушал пение. Певец расположился на бараньей шкуре и перебирал струны своей домбры-балалайки. Тихое дребезжание струн, легкий шелест приближающихся к певцу слушателей, его глухие, заунывные звуки настраи¬вали душу мою на особый лад. И сколько может быть поэзии в этой дикой песне, в этой дикой музыке! Я никогда не поверил бы, что на двухструнной, почти самодельной домбре можно извлекать такие нежные и приятные звуки, я не поверил бы, что его песня может гармонировать с бушующей природой, если бы сам не слышал этой дикой, за душу хватающей песни! Он пел. С певца катился пот, воодушевление росло, а слушатели все плотнее и плотнее сдвигались около него и в такт качали головами. Певец снял платок, вытер пот с лица и снова запел, вторя музы¬кальным переливам бушующего ветра, и не один вздох вылетал из груди слушателей, у которых, как говорится, начинали ходить нервы».
Очень верное описание песеннего торжества.
Тогда же я вычитал у Григория (Ахмет Байтурсынов говорил уважительно: Гереке) Потанина: «Слышу, как прекрасно поет казахское небо».
Увы, в наше время такое сказать уже сложнее...


III

Жақсы сөз — жан азығы.
Хорошее слово — душе опора.
Казахская пословица

Осенью 1944 года я пошел во второй класс казахской средней школы. Русской школы в ближайшей окрестности не было. О немецкой школе — после тотальной депортации российских немцев в Сибирь и Казахстан — Даже мечтать воспрещалось. «Ничего, — утешал отец меня и себя. — Таблица умножения везде одинаковая. У всех народов дважды два — четыре. А знание других языков никогда не помеха». По первоначальным навыкам (родители занимались мною дома) я мог бы пойти и в четвертый класс, но был все еще слабоват по казахской части. Я уже многое понимал и сносно говорил, но некоторые казахские звуки — қ, ғ, ө, ұ, ү, ы, і, ә—упорно не давались, да и словарный запас был беден. К тому же сходу засорил язык ненормативной лексикой, от чего отвыкал очень трудно.
В познаниях казахского языка я сравнялся со своими сверстниками-казахами лишь в пятом классе, а по грамот¬ности и грамматике даже превзошел многих (не сочтите за хвастовство). Морфологические и синтаксические понятия {жіктеу, септеу, жалғау, жұрнақ, жай сөйлем, сабақтас, салалас, аралас, кұрмалас сөйлем и прочее) сами лезли мне в рот. И поныне с благодарностью вспоминаю первую мою учительницу Кульшару Касымову и учи¬тельницу по казахскому языку в 5-7 классах Мисалым Садыкову. Именно в этих классах формируется грамот¬ность по грамматике. (Я знаю казахских писателей, совершенно беспомощных по части грамматики, и этот пробел заметно отражается на их творчестве, при всем таланте и прочих достоинствах). Казахский язык все более естественно и активно входил в мою душу. Примерно с 8 класса повадился кропать стишки на казахском языке —беспомощные, спотыкливые, вымученные. Писал лесен¬кой, подражая Маяковскому и по незнанию ломая версификационные традиции. Что стишки мои никчемные, понял лишь студентом первого курса литфака и тотчас излечился от зуда рифмовать. Теперь радуюсь, что вовремя опомнился и не стал мучить ни себя, ни других.
Единственный орыс в нашем ауле (обычно говорили тогда: «представитель великого народа») по фамилии Пассажирцев, добродушный, бородатый увалень, с любопытством следил за моими успехами в казахском языке, но время от времени внушал мне, что казахский язык беден. И при этом укоризненно тряс кудлатой бородой. Сам он на русский лад произносил десятка два казахских слов, но был абсолютно уверен в своей правоте. «Почему беден? -— возражал я робко.- Ведь в нем столько слов, которых нет в русском языке». Для меня же в ту пору бедными были и немецкий, и русский, и казахский языки, ибо беден был сам. Я пытался что-то объяснить моему бородатому оппоненту, но тщетно. «Нет, не говори, Гера. Бедный язык, — упорствовал дядя Пассажирцев. — Вот у русских есть топор, топорик, топорище, а у казахов «балта» и все». Ввязаться с ним в дискуссию я тогда не мог: мало было аргументов. Да и кто станет дискутировать с пацаном.

* * *

А как ладно-складно, без запинки, образно и афори¬стично говорят (или говорили) простые аульные казахи. Нередко в рифму, речитативом, с аллитерационными фигурами, пересыпая беглую речь пословицами, поговор¬ками, устойчивыми фразеологическими выражениями и сравнениями, образными оборотами, живописно, не «тақ, тұқ», суконно, топорно, а с намеками, иносказательно. Заслушаешься! Поистине речь шешена-златоуста.
Школьником я упоенно повторял отрывок из драмы Габита Мусрепова:

Бір қарамас —
бір қараса,
қыз да көзін ала алмас,
Отпен ойнап,
күйсе өкінбес.
Іші күлсе — көзі жылап,
Қуанышын бip білдірмес
Қыздар-ай!..

Каков, однако, синтаксис! Каков склад речи! Это вам не обыденный воляпюк!
А сколько энергии, ярости, необузданной страсти в речитативах мятежного Махамбета:

Мен — мен едім, мен едім,
Мен Нарында ж.үргенде
Еңіреп жүрген ер едім.
Исатайдың барында
Екі тарлан бөpi едім,
Қай қазақтан кем едім?
Бip қазақпен тең едім.

Какой-то неукротимый поток раскаленных слов. Внутренняя энергия казахского поэтического слова сквозила даже в переводах с русского.
Вот известные строки Тараса Шевченко:

Ой, ты, доля, моя доля,
Никакой не чую.
Если доброй жалко, боже,
Дай хоть злую, злую.

Мне эти стихи кажутся несколько размягченными, смиренными, жалобными. А как они звучат по-казахски в переводе Касыма Аманжолова:

Сыбағам кайда, сыбағам,
Жоқ па, cipә, ешқандай.
Жақсылық менен аясаң,
Жамандық бер, я, Құдай!

Упруго, мускулисто, напористо, дерзко. Есть необъясни¬мая магия в казахском речестрое.
Таков склад характерной казахской устной речи.
Сколько таких примеров в казахских сказках, сказах, батырских дастанах, эпических поэмах, драмах на фольклорной основе! Россыпь жемчужин! Европейцу это почти недоступно.
Василий Васильевич Радлов (собственно Фридрих Вильгельм), знаток народной литературы тюркских племен, за восемьдесят лет до того, как я узнал казахов, верно заметил: «Киргизы отличаются от других своих сопле¬менников особенной ловкостью в выражениях и заме¬чательным красноречием».
В наше время это качество, это свойство казахской устной речи заметно обеднело, потускнело, стерлось. Но мне еще доводилось слушать настоящих виртуозов, мастеров подлинного красноречия, которые грациозно владели риторикой.
Редчайшие образцы шешенской речи (о том речь впереди) мы находим у казахских биев-златоустов. Я однажды сделал попытку передать колорит речестроя бия Айтеке на русском языке. Не могу сказать, что попытка получилась удачной, но намек на подобный речевой строй, думаю, все же есть.

* * *

Строптивый, язвительный старик Сеит-ходжа любит рассказывать мне, любознательному мальцу, сыну лекаря («лөктірдің баласы») разные байки и возбуждает мое любопытство.
«Эй, Кира, а у немцев бывают "nip " — покровители, защитники. Духи животных?»
Нет, мне такое слышать не доводилось. Спрошу у родителей.
«А у орысов?» — допытывается старик, ловко затачивая бруском литовку.
Тоже не слышал.
«А у казахов каждый вид домашнего животного имеет своего покровителя. Пір называется.
Запомни:

Қамбар ата — покровитель лошадей.
Ойсыл қара — покровитель верблюдов.
Зеңгі баба — покровитель крупного рогатого скота.
Шопан ата — покровитель овец.»

Рядом с любопытством взирал на нас наглый, драчли¬вый, бородатый козел.
«А у коз тоже есть покровитель?»
«Есть, — отвечает Сеит-ходжа. — Покровителя коз зовут Шек-шек ата».
«А у людей покровитель кто?»
«У всех людей покровитель один. Құдай!»
«Так разве? А я думал — Сталин».
«Э, брось, Кира, не пугай меня...»

* * *

Зайра-әже (бабушка) не расстается со своей отполиро¬ванной, потемневшей от времени прялкой-юлой (ұршық). Из одного кармана ее выцветшего камзола вечно торчит клок тщательно растеребленной шерсти — то овечьей, то вер¬блюжьей, из другого высовывается прялка-юла. И в шошале возле очага, и в гостях, и на лужайке перед домом, подстелив под собой шкурку, она кругит-кругит привычным движением свою миниатюрную прялку и тонкая шерстяная пряжа без устали накручивается на нее. Только что прялка была пуста, худа, а через некоторое время глядишь — пузата, округла, и ёже сворачивает, сматывает с нее клубок черной, серой, белой, пегой шерсти. Работает әже, как фокусник, и я зачарованно смотрю на ее ловкие, смуглые пальцы, между которыми вьется-тянется нескончаемая нить. Мой друг, Ойрат, на это священнодействие и не смотрит — привык, а мне любопытно. Прялка у моей мамы совсем другая, она крутит ее ногой, ритмично нажимая на деревянную педаль и вращая большое, как колесо, веретено и обеими руками сворачивая, накручивая на шпиндель нить.
Зайра- әже мне объясняет. Оказывается, жүн (шерсть) бывает разных видов:

Жабағы жүн — шерсть весенней стрижки.
Күзем жүн — шерсть осенней стрижки.
Өлі жүн — «мертвая» шерсть, когда животные линяют.
Биязы жүн — тонкая, нежная шерсть.
Ұяң жүн — шерсть без щетинок.
Мамық жүн — мягкая шерсть, пух.
Қылшық жүн ~ грубая, с шерстинками.

* * *

Вот градация, родственные связи поколений.
По-русски (по восходящей): сын — внук — правнук — праправнук, прапраправнук и т.д.
По-немецки: Sohn-Enkel-Urenkel-Ururenkel-Urururenkel usw.
По-казахски: бала — немере — шөбере — шөпшек — немене — туажат — жүрежат (седьмое поколение). Далее жұрағат (с этого поколения можно вступать в брачные отношения); до этого поколения брачные отношения строго возбраняются, ибо ведут к кровосмешению. У казахов — в отличие от многих народов, как европейских, так и азиатских, — это строгий генетический закон, нравствен¬ная основа развития и размножения народа. По-научному это называется ЭКЗОГАМИЯ — запрет брачных отноше¬ний между членами родового объединения до седьмого поколения. Далее — жекжат, близкие отношения сватов. Затем — жамағат (миряне, общий народ). Не только познавательно, но и поучительно, не так ли? Такой порядок строго регламентирует родственные отношения.

* * *

Внук от сына — немере; внук от дочери — жиен. Городские казахи нередко путают эти понятия, подражая русским: все внуки, немере. С точки зрения казаха это некорректно. Кстати, племянник тоже жиен. Выходит, у внука от дочери и у племянника примерно равный обще¬ственно-социальный статус.

* * *

Сухопарый, козлинобородый старик Ергали имел обыкновение собирать аульную малышню и устраивать экзамен. А ну, скажи, как зовут отца? А деда? А прадеда? А прапрадеда?
И так до седьмого колена. Большинство моих сверстни¬ков-казахов отвечали без запинки. Экзаменовал Ергали-ата и меня. Я отвечал:
- Отец — Карл. Дед — Фридрих. Прадед — Хайнрих. Далее я не знал. Не знаю и поныне. Ергали-ата снисходи¬тельно гладил меня по голове:
— Э, жарайды. Для немца и этого достаточно.
Знание своих предков до седьмого колена для казахов свято. Мой друг Шотаман Уалихан, чингисид, знает своих предков — от Чингисхана до себя — в двадцать три поколения. Конечно, род его знатный, именитый, все зафик¬сировано в истории, летописи и в памяти народной. Но вдумайтесь: двадцать три поколения. У русских так глубоко в родословное древо вошел, кажется, один Пушкин. Другой мой знакомец, писатель и журналист, ныне покойный Балгабек Кыдырбекулы уверял меня, что знает своих предков аж до 34 колена. Уму непостижимо! Вот это экскурс в генетические дебри. Но я не удивляюсь: у казахов знание предков — культ.


IV
Көз жетпеген жерге сөз жетеді.
Куда глаза не доходят, туда слова приведут.
Казахская пословица

Своеобразие, богатство казахского языка проявляются иногда даже в казалось бы самых простых, обыденных обстоятельствах.
Возьмем, к примеру, наименования временных отрезков суток. По-русски мы говорим: утро, обед, вечер, ночь. Можно еще сказать: рассвет, раннее утро, позднее утро (все равно утро); ранний обед, поздний обед (все равно обед); ранний вечер, поздний вечер (все равно вечер). Еще: после полудня, полдник, сутемень, сумерки. Дальше — не сразу и придумаешь.
Как же различают время суток казахи? Какие в казах¬ском языке имеются названия для наименования отрезков времени?
Пожалуйста, вдумайтесь:
I. Таң ертең — утро.
а) елең-алаң — предутренние сумерки, перед рассветом. Все еще неопределенно, неясно.
б) құланиек, құлансәрі — когда, начинает светать и уже можно различать очертание предметов.
в) таңсәрі — пора, когда на землю падает свет, но солнце еще не взошло.
г) таң — пора, когда показывается, встает солнце.

II. Сәске — пора, когда солнце всплыло над горизонтом,
а) сиыр сәске — пора, когда солнце поднялось на длину аркана.
б) сәскетүс — примерно около 12 часов дня.
в) ұлы сәске — полдень, перед обедом.

III. Түс — обед.
а) тал түс, талма түс, тапа-тал түс—примерно около часа дня, верхушка дня, пик дня, разомлевший день.
б) шаңкай түс — время дня, когда тень самая короткая, примерно около 2-х часов дня.

IV. Бесін — после полудня, солнце перевалило зенит.
а) ұлы бесін — солнце начинает клониться к закату.
б) кіші бесін — солнце склонилось заметнее.
в) құлама бесін — еще более склонилось.
г) екінді — приближается вечер, солнце совсем уже низко.
д) намаздыгер — солнце готовится к закату, склонилось над своим «гнездом».

V. Ақшам, ымырт — вечер, сумерки.
а) алагеуім — солнце вот-вот зайдет, ранние сумерки.
б) кеугім, кеуім, ымырт — солнце зашло, сгущаются сумерки.
в) кешқұрым, намазшам — время вечерней молитвы.
г) кеш — все окутано сумерками, начало ночи.

VI. Түн — ночь.
а) іңір — пора перед наступлением ночи, природа готовится ко сну.
б) қызыл іңір — начало ночи.
в) жарым түн — полночь.
г) таң қараңғысы — густая мгла, пора перед рассветом, близится рассвет.

Разумеется, это не прихоть номада, не забава кочевника. А потребность, нужда, необходимость. Так тонко и точно чувствовали и определяли время кочевники-скотоводы.
У казахов много праздников и соответствующих ритуалов. Их подробное описание заняло бы слишком много места. Да это и не входит в мою задачу. Сфера моих записок — язык. К тому же праздников и ритуалов много у всех, без исключения, народов и племен. Однако, отмечу те казахские праздники, которые строго соответствуют временам года.

I. Наурыз— праздник обновления, благоденствия, весны, начала года. В эту пору очищают родники, источники, сажают деревья, совершаются добрые деяния.

ІІ. Қымызмұрындық — праздник лета, проводится в промежутке месяцев мая — июня. Пора доения кобылиц, изготовления кумыса; близкие и дальние родичи пригла¬шают друг друга в гости. Проводятся разные нацио¬нальные игры, состязания.

ІІІ. Мизам (сабан той) — праздник в честь земледельцев и животноводов, праздник урожая.

IV. Соғым басы — праздник зимы. Проводится после выпада снега и наступления холодов. Пора повсеместного забоя скота на зиму. Угощают друг друга убойным мясом. Долгими зимними вечерами акыны, певцы, сказители, музыканты забавляют народ своим искусством. Сочиняют¬ся сказы, киссы, дастаны, сказки. Праздник отдохновения.

* * *

По-казахски следует говорить:
«Әйел босанды» — женщина разродилась, «освобо¬дилась», разрешилась от бремени.
«Сиыр бұзаулады» — корова отелилась. «Бие құлындады» — кобыла ожеребилась. «Қой қоздады» — овца оягнилась, не окотилась, как иногда выражаются неправильно.

* * *

На одну тонкость казахского языка указывает доктор филологии Жумагали Исмагулов. Нельзя говорить: «өкінішке орай» (калька русского выражения «к сожале¬нию»). Правильно: «өкінішке қарай». И неверно говорить: «домбырада ойнайды», надо: «домбыра тартады».

* * *

Много лет назад, на одном из собраний в Союзе писателей Казахстана, Акселеу Сейдимбеков обратил мое внимание на то, какие глаголы употребляют казахи при смене времен года.

Қыс келді. Зима пришла.
Көктем туды. Весна родилась.
Жаз шықты. Лето вышло, наступило.
Күз түсті. Осень упала, свалилась.

Менять глаголы, по мнению Акселеу, неверно, безгра¬мотно. И если, случается, говорят «көктем келді» (весна пришла), то это от глухоты к чуткой природе языка: весна не приходит, она рождается, а осень не рождается, а сваливается, обрушивается на голову, падает.
Любопытно, не правда ли?
Иные казахские глаголы однозначно и однословно на русский язык никак не переводятся. Вот, например, широко распространенный глагол «қаңтару». Вот что точно это означает: «привязать поводья к передней луке седла». Вот и спотыкаешься каждый раз при переводе на русский язык об этом «қаңтару».

* * *

Давным-давно, еще в свои студенческие годы, Абдижа-мил Нурпеисов раздобыл в Книжной палате «Русско-киргизский словарь» проф. М.Машанова, изданный в 1899 году в Оренбурге. Словарь весьма толковый (в смысле: интересный, поучительный). Сразу видно, что проф. Машанов великолепно чувствовал тонкости казахского языка, владел его богатством, умело выстраивал к каждому русскому слову целый синонимический ряд объяснений. Нурпеисов не поленился, переписал из словаря — на свой выбор — несколько сот слов и много лет спустя передал эту изрядно потрепанную тетрадку мне. И теперь я ее нередко листаю с большим восхищением. Машанов приводит слова, которых я в других словарях чаще всего вообще не встречал.

Напролом — бұза-жара.
Напраслина — нақақтан, ақтанақ күйдіру, жала.
Негодник, негодница — мұндар
Задарить — сый-сыя.
Закваска — ашыртқы, ұйтқы, іріткі, қор, қораба.
Костоправ — оташы, сынықшы.
Общество — қауым, жамағат, жұртшылық, халайық.
Ось — белдік, белағаш, кіндік.
Мыслитель — ойшыл, ойгер, білімпаз, білгір, зиялы, оқымысты, ғалым, дана, данышпан, кемеңгер, ақылман.
Құралай — киік лағы, в переносном смысле — ветреное, дождливое время около 10-го мая.
Приварок — көжеқатық.
Полба — борай видай.
Отава — шежік, шиін.
Жәдігөй — притвора, лицедей, ханжа, лицемер.
И т.д.
Обратите внимание на синонимы к каждому слову. В современном языке их не всегда встретишь. То есть, произошло явное сужение, оскудение, обеднение лексики.

* * *

К слову «вид» профессор М. Машанов в своем «Русско-киргизском словаре» приводит следующий синонимический ряд:
түр, кескін, сынық, сымбат, тұрпат, келбет, нобай, нұсқа, көрік, әлпет, шырай, рең, тұлға, ұсқын, айбар, пыс, кейіп, сұрық, ажар, мүсін, пішін, бейне, сын, өң, көрініс. И добавляет: «вот неполный перечень компонентов того синонимического ряда, который соответствует русскому понятию «вид».
Каково?! 25 казахских синонимов к одному «виду» и это еще неполный перечень! И после этого говорят о бедности казахского языка! Привет господину-товарищу Мищенко-Тищенко-Нищенко, которого я помянул в предисловии к циклу заметок!

* * *

Еще одно доказательство о разборчивости казахского языка в классификации периодов человеческой жизни.

Только что родившийся ребенок называется — нәресте,
От одного года до семи лет – сәби,
Девочка между годом и двумя годами – бөпе,
Мальчик такого же возраста — бөбек,
Мальчик в возрасте от двух до трех лет — бүлдіріп,
От трех до пяти лет — балдырған,
От восьми до двенадцати лет — ойын баласы,
От двенадцати до пятнадцати лет — сығыр,
От пятнадцати до шестнадцати лет — ересек бала,
От шестнадцати до девятнадцати лет — бозбала,
От двадцати до тридцати лет — жасжігіт,
Мужчина в возрасте от тридцати до сорока лет —кұржігіт,
От сорока до пятидесяти лет — ер түлегі,
От пятидесяти до шестидесяти лет — жігіт ағасы.

Теперь предлагаю носителям и знатокам других языков подыскать к этим понятиям соответствующие адекваты и аналоги.
У казахов есть единица измерения времени — «бие сауым». Отрезок времени - от дойки до следующий дойки кобылицы. А вот время, от дойки до дойки коровы или козы, обозначения у казахов не имеет. Нет таких понятий, как «сиыр сауым» или «ешкі сауым».

* * *

Богатое, звучное, красивое казахское слово «Айналайын». Сколько в нем оттенков, от умиленной ласки до легкого укора и даже до язвительной насмешки. Бесконечная гамма чувств! Переводят обычно: «милый (ая)», «дорогой (ая)», «хороший (ая)» и т.д. Но все это лишь бледная тень мягкого, звучного, нежного «айналайын».
Олжас Сулейменов своему известному стихотворению «Айналайын» предпослал объяснение:

«Обращение к дорогому человеку — айналайын.
«Кружусь вокруг тебя» — подстрочный перевод.
«Принимаю твои болезни» и «Любовь моя» — смысло¬вые переводы».
Поистине: слово одного языка не покрывает слова другого.


V
Сөз қадірін білмеген өз қадірін
білмейді
Кто слов не ценит, сам себя не ценит.
Казахская пословица

Знакомый журналист из Берлина Вольфганг Сабат просит меня привести хоть один пример из казахского языка, который не имел бы аналога в немецком языке. Глаза его победно, испытующе поблескивают из-за стекол очков. Он уверен, что не может быть такого слова у номадов, которому не нашлось бы адеквата в развитых европейских языках.
Я ему рассказываю о деталях юрты, выкладываю слова: кереге, шаңырақ, уық, түндік, туырлық, үзік, басқұр, бақан, уықбау и т.д. — добрая сотня сугубо этно¬графических, материально-бытовых понятий. Говорю, что писатель, ученый Акселеу Сейдимбеков посвятил описа¬нию юрты блистательный историко-этнографический очерк, упомянув огромное число специальных терминов. А у историка-этнографа А.С. Муканова есть основа¬тельный труд «Казахская юрта». И сколько там юрточных слов-понятий! И ни одно из них не имеет адеквата ни в русском, ни в немецком, ни в других европейских языках. А ведь и юрт бывает несколько: походная (жолама уй), то же — аблайша, еще — қос, шайла, күрке...
Ну, юрта — понятно, — не сдается Вольфганг. — Это нечто типичное для кочевников. Немцы ведь не кочевники. Им юрта не нужна. Ты приведи другой пример.
Ну, возьмем, к примеру, беркута.
Как, как? Беркут? Вас ист дас?
Ну, как бы тебе сказать? Птица, хищник, орел. Адлер.
Ах, зоо? Адлер, альзо! Ну и что?
Подожди. Я еще о юрте не все сказал. К теме «Юрта» можно отнести и различные предметы из войлока, тканные изделия, узорчатые циновки, настенные ковры, вышивки, домашнюю утварь, отделанная резьбой по дереву, инкрустацией костью, росписью и т.д.
- Ладно. С юртой, допустим, ты меня сразил.
Перейдем к адлеру... как ты сказал... к беркуту.
Так вот, начнем с того, что этот самый беркут не встречается ни в четырехтомном академическом «Словарь русского языка», ни в «Русско-немецком словаре». Нет и все! А как воспет беркут в казахском фольклоре! Сколько его разновидностей! Сколько специальных слов-терминов у беркутчи — охотников с беркутом! Сколько слов для беркута разных возрастов!
И ты это знаешь?
Кое-что знаю. Был в нашем ауле беркутчи — старик Абильмажин. Он нас, аульных шалопаев, просветил. А кое-что вызнал из доклада поэта Кадыра Мырза-Али.
—- Интерессант! Давай примеры!
Пожалуйста. Годовалый беркут называется у казахов балапан құс. Двухлетний - қан түбүт. Трехлетний —тірнек. Четырехлетний — тac түлек. Пятилетний —мұзбалақ. Шестилетний – көк түбіт. Десятилетний —барқын. Одиннадцатилетний — баршын. Двенадцатилетний – шөгел.

И все казахи знают эти слова? — любопытствует Вольфганг.
Все, наверняка, нет. Но важно, что эти понятия в казахском языке существуют. А в европейских языках их нет. Придется говорить: «трехлетний адлер», «адлер по пятому году» и т.д.
Но ведь можно привести и обратные примеры, — настаивает германский журналист. — В европейских языках есть, а в казахском — нет.
Конечно, — соглашаюсь я. - В казахском языке нет, например, понятия презерватив. Ну, не пользовались степняки этой штучкой. Приходится прибегнуть к описательному переводу: мешочек для мужского полового органа.
Мы оба хохочем.

* * *

Угощение у казахов — сложный ритуал. Бесбармак — это не просто гора мяса, дымящегося на подносе-табаке. Так это кажется лишь несведущему человеку.

Приведу отрывок из повести «Купы джиды» Абиша Кекилбаева, попутно указав в скобках казахские названия частей бараньей туши.
«Всеведущие старики, зоркие стражи дедовских обычаев, внушавшие несмышленным мальцам святость родственных уз с той самой поры, как они научились сидеть на коне и подавать гостям блюдо с мясом, неизменно твердили: «Запомните раз и навсегда: при угощении самому почетному гостю преподносят тазовую кость (по-казахски: жамбас). Затем наиболее ценным считается лопатка (жауырын). Потом следует лучевая кость (кәpi жілік), потом — берцовая кость (тоқпан жілік), потом — асық жілік. Опаленную и сваренную баранью голову (бас) кладут на первый, главный поднос. Курдючное сало {құйрық май) и печень (бауыр) нарезают тонкими ломтями и распределяют по всем подносам. Десять ребрышек {сүбе қабырға) вместе с мясом на них кладут на первые четыре подноса, при этом шесть подкладывают к двум лопаткам, а четыре — к двум берцовым костям. К остальным восьми частям следует добавить по два ребрышка у ключицы (бұғана қабырға). Грудинка (төстік) полагается зятю, крестец (құйымшақ) — девушке, шейный позвонок (көтен-мойын) — пастуху, требуха (ішек-қарын), почки {бүйрек), голень {сирақ) — женам, служанкам, детям...»
Выходит, непростая наука у степняков — угощение. А главное — сколько слов, наименований, обозначений!

* * *

Примерно тоже можно сказать и о кумысе. Кумыс — не просто напиток из кобыльего молока. Его готовят по-разному, заквашивают, выдерживают в разных кожаных бурдюках, напиток капризный, привередливый, и видов его не один десяток. Кто интересуется — рекомендую прочесть дивный, лирико-этнографический рассказ «Кумыс» Дукенбая Досжана. Рассказ этот переведен на многие языки мира.
Кумыс надо уметь готовить на все случаи жизни. Надо знать, для кого и чего готовишь: для батыра, для влюбленного или косаря-пастуха. На свадьбу или для поминок. Для утоления жажды или для наслаждения, удовольствия гурманов. Знать, из какого молока, от какой кобылицы.
В рассказе Д. Досжана молодой казах спрашивает у мастерицы-кумысницы:
«А почему вы не доили смирных, старых кобылиц?»
«У старых молоко закисает скорее, и вся сила у такого кумыса наверху, вроде бы в сливках. А кумыс из молока молодых кобылиц обретает настоящий вкус и силу только на третьи сутки. Он и есть самый целебный. Какая кобыли¬ца — такой и кумыс. Если от молодой кобылицы — человек словно молодеет».
Готовить кумыс — священнодействие.

«Тихо стало в юрте. Даже молоко в турсуке не булькало. Ак-тате качала турсук на коленях так долго, что, я видел, начала уже задремывать. Потом, очнувшись, приподняла угол текемета-кошмы с узорами, положила турсук на сырую землю, на пожелтевшую редкую траву и тщательно укрыла сверху. Кумыс так и должен был выдерживаться, дозревать — согреваться сверху и охлаждаться земляной сыростью снизу».

А из какой посуды следует пить кумыс? Тоже ритуал.

«Уж так издавна повелось, что разным людям подают кумыс в разной посуде. Простому человеку — в кесе. Случайным гостям, путникам — тоже. Обжорам и торга¬шам наливают в большую деревянную чашу — тостақ. Ведь для них главное - залить толстое брюхо. А вот доро¬гим друзьям подают в расписанных, средней величины чашах — зеренах. Правда, и зерены бывают разные. Вот этот выточил из урючины и расписал золотом знаменитый мастер Акадиль. Влюбленным предлагают кумыс в изящных көзе — маленьком узкогорлом сосуде с золотыми каемками. Из отделанных серебром көзе пили акыны-певцы, тонколицые щеголи - сері. Батырам и борцам-палуанам обычно подносили кумыс в высоких кувшинах».
Этнография — этнографией, но за каждым этнографи¬ческим описанием стоит огромное лексическое богатство.


* * *

Напомню казахские названия оружия и доспехов. Несомненно, поучительный материал, свидетельствующий о лексическом многообразии.

1. Виды кольчуг: бадана, берен, жалаңқат, зере сауыт, көбе, кіреуке, кқаттама, торғауыт.
2. Шлемы: бетбейнелі дулыға, көбе дулыға, қаттама дулыға, кұрама дулыға, темір қалпақ, темір телпек.
3. Легкие защитные панцири (кежім): бөреңгілі кежім, зере кежім, көбеккежім, қаттама кежім, қияқ кежім.
4. Оружия стрельбы: мылтық (фитильное ружье), садақ (лук).
5. Режущее оружие: алдаспан, қылыш, сапы, семсер.
6. Колющее оружие: найза, cүңгі.
7. Секущее оружие: айбалта, селебе.
8. Бьющее оружие: шоқпар, сойыл.
9. Казахские нагайки: құмшы, дойыр, дырау, дода.

Разумеется, все эти виды имеют русский адекват. И, разумеется, большинство ныне вышли из активного употребления.

* * *

Еще одна национальная особенность. Приведу сцену из романа Жусупбека Аймаутова «Акбшек»:
«Ну, а где сейчас твой муж?»
«По службе перевелся в другой город. Уже два месяца, как нет от него вестей».
«Детей от него рожала?»
«Был выкидыш. Один ребенок умер по нашей вине».
«Как зовут мужа?»
«Грех ведь. Как скажу?»
«Какой грех, милая? Предрассудки все. Назови смелее!»
«Имя его — то, что надевают на шею коня». «Хомут, что ли?» «Нет, то, что выше». «Дуга?»
«Да, оно самое». «Ну, и наградили имечком!»

Такой вот разговор. А все дело в том, что по стародав¬нему обычаю казашка не имеет права называть по имени мужа, деверя, свекра. Это неприлично, предосудительно, грешно. Выйдя замуж, казашка вынуждена всех деверей называть описательно, придумывая ласковые, почтитель¬ные прозвища. Мужа она называет: «Хозяин этого дома», «человек этого очага» или «отец моего сыночка», «моей доченьки», или еще как-нибудь. Но ни в коем случае по имени.
Правда, сейчас эти правила далеко не столь строги. А в городских условиях и вовсе не соблюдаются.
Многие полагают, что единственный казахский народный инструмент — домбра. Существуют уничижи¬тельные строки: «Одна палка - два струна, мұның аты -домбыра» (Сам слышал в Таразе и Шымкенте). Это одна из распространенных глупостей. Музыкальных инстру¬ментов у казахов множество: домбыра (много видов — двуструнные, трехструнные, ширококорпусные, двухсто¬ронние, с полым грифом, шинкильдеки), уілдек, сазген, желбуаз, желқобыз, даңғыра, дабыл, дауылпаз, шындауыл, керней, дулыга, дүңгіршек, тоқылдақ, асатаяқ, адырна, шартылдауық, сақпан, сырнай, кепшік, жетіген, бұғышақ, шың, шаңқобыз, ауызсырнай, қамыссырнай. (См. Джанибеков У. «Эхо». С. 248).
Описание старинных музыкальных инструментов можно найти в трудах А. Левшина, Ч. Валиханова, И. Георги, Г. Потанина, С. Рыбакова, Р. Сазонова.

* * *

Истинно казахская речь похожа на причудливые узоры на домотканном ковре. Казах не говорит прямо, плоско, серыми ремарками, однозначно, в лоб, он предпочитает речь эмоционально окрашенную, многослойную, витиева¬тую. В «Пути Абая» Мухтара Ауэзова читаем: «По ста¬рому обычаю аксакалов, отец говорит иносказательно, намеками и кружит над целью своей речи, как ястреб».
Очень тонко подмечено.

Вслушайтесь в экспрессию устной речи героев «Пути Абая»:
"Ел аузына қақпақ болып көршi. Bipaқ ол қолыңнан келмейді. Ендеше, не ер бол да, ақта! Немесе илан да жазала! Тек, жарыктығым, дүмбілезінді көрсетпе, былқыл-сылқылыңды аулақ әкет".
Напористо, упруго, энергично.
А в русском переводе это воспроизведено так:
«Попробуй заткнуть рот всему народу! В силах ты сделать это? Так будь решительным до конца: осмелься оправдать его. Или оправдай, или осуди! Только, дорогой мой, не топчись на месте!»
Формально, может, и близко. Но нет ритмичности, динамизма, строя речи, характерных для оригинала.
Казах любит, чтобы в речи была «изюминка», некая загадочность.
Проиллюстрирую сказанное примером из сказки об Алдаре-косе. Помните, между ханом и Обманщиком состоялся такой диалог:
«С каких пор холм покрылся снегом?»
«Пожалуй, с четверть века».
«Двумя еще владеете?»
«Владею ныне тремя».
«Как относитесь к дали?»
«Даль мне близка».
«Как относитесь к ближнему?»
«Ближнее мне далеко».
«С сорока возьмете по одной?»
«Если на то будет ваша воля».
«Тогда берите заранее».
«Могу взять и потом. Надеюсь, не обманут, мой повелитель».
Нукеры ничего не поняли из этого разговора и попросили Алдара разъяснить его суть. И Алдар сказал:
«Хан поначалу спросил: «Давно ли холм покрылся снегом?» Это означало: «Давно ли побелела ваша голова?». И я ответил: «Уже четверть века». Потом хан спросил: «Владею ли я двумя?» Означало это: «Крепко ли я стою на двух ногах?» Я сказал: «Владею тремя», то есть, «Хожу с палкой». «Как относитесь к дали?» — спросил хан. Смысл: «Хорошо ли видите издалека?» Я сказал: «Даль мне близка», значит: «Далекое вижу хорошо». Хан поинтересовался: «Как относитесь к ближнему?», то есть, «Как видите вблизи?» Я ответил: «Ближнее мне далеко». Означает: «Вблизи вижу плохо». Хан догадался, что вы все из нашего разговора ничего не поняли и что потом все равно придете ко мне за разъяснением, а потому спросил: «С сорока возьмете по одной?», что означало: «Возьму ли с каждого из сорока нукеров по одной лошади?» Вот и вся разгадка».
Вообще передать подлинный казахский речестрой на других языках крайне сложно. Нередко — невозможно Это вам не слова перекладывать с языка на язык.


VI

Піл көтермегенді тіл көтереді.
Язык осилит, что и слон не поднимет.
Казахская пословица

Почему-то бытует мнение, будто казахский язык не особенно богат и разборчив в наименовании деревьев, трав, цветов, ягод, то есть флоры, а также животного мира, то есть фауны. Действительно, в художественной казахской прозе (сужу по опыту давнего переводчика) то и дело встречаешь общее наименование — деревья, травы и реже конкретное название конкретного вида деревьев, трав и птиц. Мелькают ағаш, терек, қайың, жиде, тал. Терек и терек. Иногда көк терек, қара терек, қара тал, сәмбі тал, ақ кайың, арша, емен. Зайдет разговор о птичках, так сплошь и рядом торғай: қараторғай, бозторғай и т.д.
И я знаю, у русских и немецких переводчиков это обстоятельство всегда вызывает недоумение. Те к по¬добным наименованиям более щепетильны и привыкли называть деревья и травы конкретно по разновидностям. Их раздражают фразы типа: «На холме росло одинокое дерево», или: «На верхушке дерева щебетала птичка», или: «Из камышовых зарослей выскочил какой-то зверь». Сразу возникает вопрос: «Что за дерево? Что за птичка? Какой зверь?»
В том, что иные казахские писатели по части флоры и фауны слабо вооружены, казахский язык не виноват. По этой части казахский язык никак не беднее других. В этом я убедился не однажды за свою многолетнюю перевод¬ческую практику. И для облегчения своей работы я завел целую рубрику в своей рабочей тетради, посвященной казахским словам по разной тематике. Приведу из разряда «Травы, деревья» десяток-другой примеров (больше не позволяет размер статьи). Вот некоторые названия ягод:

Қаpa жидек — черника
Ит бүлдірген — брусника
Көк жидек — голубика
Шырғанақ — облепиха
Бүлдіген — земляника
Мойыл — черемуха
Шие — вишня
Қара өpiк — слива
Бөрі қарақат ~ барбарис
Қой бүлдірген — костяника
Қожақат— ежевика
Таңқұрай — малина
Қарақат — смородина
Долана — боярка

Увы, на базаре казахи не всегда прибегают к казахским названиям, а довольствуются чаще всего русскими ана¬логами: «Малина бар ма?», «Смородина қанша тұрады?».
Вот казахские названия трав, наиболее часто встре¬чающиеся в художественной литературе:

Жусан (полынь),
ермен жусан (чернобыльник),
шайқурай (зверобой),
адыраспан (гармала),
жантақ (верблюжья колючка, иногда: янтак),
түйе жоңышқа (донник),
жоңышқа (люцерна),
беде (клевер),
ошаган (репей),
құзтабан (лапчатка),
қияқ елең (осока),
көде (пушица дернистая),
еркек (житняк),
бидайық (пырей),
арпабас (костер),
құзылот (костер безостый),
ажырық (прибрежница),
сұлыбас (овсец),
түлкіқұйрық (лисохвост),
құу (ковыль),
селеу (триостница),
құға (рогоз),
көкпек (лебеда),
жыңғыл (тамариск),
құзғалдақ (подснежники),
қурай (бурьян),
бақбақ (одуванчик),
тасшөп (габрец).

С неохотой обрываю перечисление. Продолжать можно еще долго. Мог бы на страницу-другую перечислять казахские названия деревьев.
Слова эти родились не сегодня и не вчера. Они встре¬чаются в «Русско-киргизском словаре» проф. М.Машанова (1889) и в «Кратком русско-киргизском дорожнике со словарем» Жумагула Кошербаева (1906, Омск) под редакцией А. С. Алекторова. Вот примеры из того «Дорожника»:

Дерево — ағаш;
сосна — қарағай;
осина, тополь — терек;
ель — шырша;
ива — үйіңгі тал;
липа — жөке ағаш;
куст — шоқы;
орешник — шеттеуін ағаұ;
черемуха — қара мойыл;
терновик — мойыл;
шиповник — ит мұрын;
сирень — мәйе;
малина — қажақат;
смородина — қарақат;
ракитник — шілік;
плод — жеміс, миуа;
ягода — жидек;
овощ — жеміс;
слива — қара алу;
груша — алмұрт (к слову: мой покойный друг Аскар Сулейменов утверждал, что алмұрт — неверно, правильно: нок);
вишня — шие;
персик — шабдалы;
финик — құрма;
калина — бүргөз;
орех — шеттеуік жаңғақ;
подсолнечное семя — шекілдеуік;
урюк — өрік;
лук — пияз, сарымсақ;
чеснок — жуа;
репа — салқам;
редька — тырна салқам;
картофель— буулдық, бөреңгі;
капуста — керем;
горох — бұршақ;
земляника, клубника — бүлдірген;
клюква — қызыл жидек,
просо — тары;
гречица — қырлық қарамық;
крупа, пшено —тойтары, жарма,
сорочинское пшено — күрішсөк.

Таковы примеры из словаря столетней давности. Приз¬наться, некоторые наименования для меня внове. Морковь ныне по-казахски именуют – сәбіз (а не кешір); картофель называют просто картоп (а не буулдық, или бөреңгі); капусту называют қарыққабат, капуста, қоян жапырақ (а никак не керем).
И, завершая тему «Растительный мир», хочу привести названия в этой области, употребленные в своем поэтическом творчестве Ильясом Джансугуровым. Названия эти касаются флоры лишь одного Семиречья (Жетысу), воспетого поэтом. Их приводит критик и литературовед Сайдил Талжанов в своем воспоминании об Ильясе Джансугурове. И названия эти красноречиво свидетель¬ствуют о широких познаниях и богатой словесной палитре убиенного классика казахской литературы. Вот эти наименования (предлагаю неравнодушному читателю самому подбирать к этим словам соответствующий русский адекват).
Қарағай, тал, донала, ұшқат, шетен, ырғай, арша, ақсасық, қызыл қайың, барша, шынар, шырғанақ, сөңке, терек, сөгет, емен, үйеңкі, шырғай, балғын, тораңғы, сары ағаш, қойқарақат, жиде, тобылғы, түйеқұйрық, тауқонақ, шәйшөп, маңқа, құлынембес, cүтiгen, еңлік, мейіз, киізкиік, ақшалғын, бес, көкемарал, бетеге, раң, жапырақ теңге, бұйра, қисық иық, балдырған, уқорғасын, атқұлақ, желкеуір, шырыш, шытыр, биеемшек, мыңтамыр, жуа рауаш, жаужапырақ, балауса, сорғыш, cелдір, ермен, бақбақ сыбызғы, жалбыз, құлмық, қарақияқ, шоқайна, меңдуана, сора, шақпақ, құрай, шырмауық, кендір, қылша, жыланқияқ, қынжыға, қоға, сасыр, аққой, таусарымсақ, қымыздық, қызсаумалдық, калақай, ойылқияқ, усойқы...
Браво, поэт Ильяс! Я не знаю другого казахского писателя, который так глубоко знал и так щедро воспевал флору родного края.
Жаль, что в 1986 году я не мог опрокинуть на голову самоуверенного эмиссара из ЦК КПСС Мищенко (или Тищенко, Нищенко?), который в душе был расположен к тому, что казахский язык состоит всего из 200 слов. Неужели он искренне полагал, что грандиозная эпопея «Путь Абая» была написана таким скудным запасом слов? Хотя известно, что словарь «Пути Абая» (не всего Мухтара Ауэзова) составляет 16893 слова.
А вот слова «тюрьма» нет в казахском языке. Нет и все тут! Как-то обходились вольные сыны степей без этого атрибута цивилизации. А когда понадобилось, прибегли к искаженному «түрме». Также приспособили и другие слова: зауыт (завод), тауар (товар), самауыр (самовар), экуатр (экватор), кәмпеске (конфискация), пірканшык (приказчик), белесебет (велосипед), каменес (коммунист), аулнай (председатель аульного совета), бipгадір (бригадир) и т. д. и т.п.
Новая эпоха, общественно-социальные катаклизмы принесли в казахский язык огромный поток заимствован¬ных слов. Появилась в них острая нужда, а достойного эквивалента впопыхах не нашлось. А время не терпело. Пришлось использовать иноземный лексический материал, мало-мальски приспособив его фонетически в соответствии с казахской артикуляционной базой. Проиллюстрирую сказанное примерами из произведений казахских прозаиков.У Беимбета Майлина: учитель (много раз), нәшәндік (начальник), көшір (кучер), стражник, пристап, делегат, милиция, пеш, мода, подлог, арыз, презден (президиум), сельсабет, піртөкел (протокол), «под сот», машина, закон, уез, пecip (писарь), кәндидәт (кандидат), камсомол (ком¬сомол), шинель, фуражка, солдат, поселке, бәлшебек (большевик), «тыбая — мая, мая — тыбая» («твое — мое, мое — твое»), губерне, үстел (стол), пакет, спесік (список), прабител, бөтелке, жалонжа (жалованье), слабода (свобода), конпеске (конфискация), пірешкі (бричка), телефон, охрана, партизан, кәләуния (колония), бығыбыр (выговор), контра, құлып (клуб)...
Кончаю перечень. В одном только сборнике рассказов и повестей Б. Майлина «Шұғаның белгісі» (1974) я встретил не одну сотню по

автор ответ
Pomokapeher
Pomokapeher@mail.ru
16-04-16 13:26
Текст "прочитан" OCR (компьютером) поэтому ошибки, в оригинале ошибок нет ни на русском ни на казахском.
Zaure
14-09-15 10:51
Рахмет улкен, коширип алдым озиме.
Didar Kussain
Didar.kussain@gmail.com
14-09-15 07:24
Alice права цитирую "Получается, что правительство требует знаний, а ничего для етого не делает!!!"
Из статьи узнал что "бопе" и "бобек" не синонимы. Буду помнить.
Дууна
rusya.chelsea8@gmail.com
24-12-14 10:46
А назовите. пожалуйста, все месяцы, на русском и казахским. Не давно начала учить.
Тогжан
13-12-13 16:37
О.Сулейменов

Язык отцов, язык тысячелетий
Ты временем, как глина, обожжен
В тебе – удар меча и посвист плети,
Мужская гордость и горячность жен,

В тебе звучат забытые наречья
Шумеров, гуннов, хрип монгольских слов.
Где ты рожден? В пожарах Семиречья?
Тебя по жилам к нам перенесло.

И ты звучишь, переполняя тело,
Ударом сердца, колоколом душ.
И как меня судьбою б ни вертело,
Клянусь тобою – я к тебе приду.

Так из далеких и счастливых странствий
Приходит сын к забытому отцу,
Приходит в ярком, дорогом убранстве,
В начале жизни или же концу.


Олег
panteleik@mail.ru
13-12-13 14:13
Очень интересно. Читал незнакомые (нет! как бы забытые! ) слова - как завораживающе звучит. Всегда жаль, что не успеешь узнать больше разных языков.
Дамира
10-09-13 09:21
Богатством и красотой казахского языка восхищаются и немец Герольд Бельгер, и поляк Александр Затаевич и еврей Евгений Брусиловский. И только Alexы и sasha-nm-ы неспособны (или не желают) это понимать, и даже рассматривать такую возможность. Вывод: алексы и саши - у вас шовинизм в крови. Избавляйтесь от него, иначе вам будет чрезвычайно сложно жить не только в Казахстане, но и во всем современном мире.
Shok
shoka_gama@mail.ru
14-08-12 22:38
пока у власти пережитки советского союза, казахский останется на этом же уровне.
надо постараться не забыть его, осталось немного.
Alex
tandem.vip@ gmail.com
10-05-12 12:48
Согласен с sasha_nm, извините с маленькой буквы... Нет своего мнения у автора. Попробуйте, доступно, все выше сказанное воспроизвести на родном... Мы почитаем. А пока не ясно.- знаете ли Вы, автор, хоть один язык на "Хорошо". С уважением, Вячеслав.
sasha_nm
sasha_nm@mail.ru
15-03-12 17:55
Мда, автору статьи самому не помешает подучить, только не казахский, а русский. Прочитал только первый абзац, дальше просто терпения не хватило. "Мнение как нельзя не субъективно". Боже...Ты хоть знаешь значение слова "Субъективно"? КРЕЧИТ пишется через И.

И по теме. Да, казахский язык богат, кто спорит. Да только неплохо было бы, чтобы все знали хоть половину слов. На уроках казахского дети, которые с рождения говорят на казахском, а на русском говорят с сильным акцентом, не знают значение большинства слов в учебнике. Это что за бред?
нуркиза
nurkiza76@mail.ru
14-02-12 12:15
Прочитала на одном дыхании,очень поучительно.Себе скопировала,чтобы дети тоже почитали.Спасибо!!
Помэшанный
Plohish1@inbox.ru
13-12-10 01:31
Кто-нибудь читал М. Аджи?
KaraKessek_ARGYN
www.KaraKessek_ARGYN@mail.ru
07-06-10 17:35
Герага - выдающийся человек, радетель культуры и, прежде всего, языка. Он - один из редчайших представителей неказахских национальностей, который действительно радеет за наше будущее, за будущее нашего языка, он - настоящий гражданин РК! Уважаю его не меньше президента, а может даже и больше )))
2 ORDA. Бауырым, ракмет саган!
Анара
kaminova@mail.ru
31-05-10 13:04
Я пишу диссертационную работу на тему:"Терминология родства в казахском языке" В соей работе я рассматриваю и кровное родство и родство через брак. Если у кого-нибудь есть какая - нибудь информация скиньте, пожалуйста, на mail: Kaminova@mail.ru Заранее СПАСИБО!!!
Ксения
lovepups@mail.ru
26-04-10 00:20
Здравствуйте,
Я пишу дипломную работу, в которой мне нужно рассмотреть и привести примеры синонимических рядов в тюркских языках. Я выбрала казахский язык, потому что родилась я и жила в Казахстане (г. Усть-Каменогорск). Очень бы хотелось найти хоть какую-нибудь информацию о синонимии в казахском языке, желательно в электронном варианте. Если кто знает, или есть информация, скиньте пожалуйста на имэйл: lovepups@mail.ru Заранее благодарю за помощь=)
очень-очень хочется написать хорошо дипломную=)
Liza
16-04-10 07:56
Liza
16-04-10 07:54
Писатель Герольд Бельгер получил орден "За заслуги перед ФРГ". Он из поволжских немцев, живет в Казахстане и считает себя человеком трех культур – немецкой, казахской, русской.


Каждый вечер он читает вслух по-немецки – Библию или Томаса Манна. И называет это: "культивировать в себе немца". Герольд Бельгер родился в немецкой деревне на Волге, но в семь лет он попал в казахский аул. Это была массовая депортация 1941 года, когда немцев как "неблагонадежный" народ выселили подальше от линии фронта. Бельгеры выжили в ауле в голодное военное время только благодаря помощи соседей-казахов – об этом в семье никогда не забывали.

Дома с родителями Герольд говорил по-немецки, на гессенском диалекте, а на улице и в школе он освоил казахский и быстро стал здесь своим. "У меня даже акцент казахский, у меня горло построено по-казахски, - говорит писатель. - Черты казахской ментальности - это широкая душа, открытость, гостеприимство, простота и доброта, вот эти черты я вобрал в себя".

Казахский стал вторым, практически, родным языком, на котором немецкий мальчишка писал стихи, вел первые дневники. На русском Бельгер начал писать только в университете, уже позже он стал основным рабочим языком писателя.

"Абай пока не достучался до немецких сердец"

Сегодня в багаже Герольда Бельгера около 50-ти книг. Его повести и романы во многом автобиографичны, в них отразилась судьба немцев Советского Союза, истории депортированных семей. Он успешно переводил произведения казахских, немецких, русских писателей. Написал бессчетное количество статей, эссе, очерков, литературных рецензий.

В советские годы, когда казахский язык был отодвинут на второй план, Бельгер очень много делал для популяризации казахской литературы. Одно из важных направлений его работы – изучение произведений Абая, известного казахского поэта, философа, просветителя 19 века. В своей знаменитой работе "Гете и Абай" Бельгер ищет общие духовные черты в портретах двух гениев.

По инициативе писателя в Германии в 2007 году был издан сборник стихотворений Абая на немецком языке. Правда, большого отклика идеи степного философа в Германии пока не получили. "Я боюсь, что Абай не особенно их затронул, потому что он очень назидательный поэт, - рассуждает Герольд Бельгер. - Абай просветитель в большой степени, он учил своих соплеменников в то время, как жить, что делать. А немцы уже ушли от этого, и чьи-то назидания их не привлекают. Я чувствую, что Абай еще не достучался до немецких сердец так, как я бы этого хотел".

Быть таким, как все, неинтересно

Сегодня Бельгер поддерживает отношения с друзьями-немцами, которые переехали из бывшего СССР в Германию и продолжают заниматься литературным творчеством. С одной стороны, он рад, что они освоились в стране и все больше пишут по-немецки. Но ему жаль, что бывшие советские немцы забывают о своих казахстанских, российских, киргизских, узбекских корнях.

"Я хочу, чтобы "руссланд-дойче" (российский немец), выросший на двух культурах, всегда так и оставался бы "руссланд-дойче", - говорит Герольд Бельгер. - А если он попадает в общий казан и становится таким же немцем, как все остальные, я не считаю это прогрессом, для меня это уже неинтересный человек".

Сейчас, из-за проблем со здоровьем, Герольд Карлович ведет более уединенный образ жизни, но все же старается держаться в курсе всех событий. "Я общественно-социальный человек", - говорит о себе писатель. Он реагирует статьями на важные события в стране. Например, когда в 2009 году обсуждалась идея создания единой казахстанской нации, отхода от понятия "национальность", писатель высказал свое категорическое несогласие с подобными предложениями.

Писатель признает, что есть такое географическое понятие "казахстанец", но нации такой не существует. "Географически я казахстанец, но если в моем паспорте не будет указана национальность, я буду против этого, я сам впишу в паспорт национальность "немец", - говорит Бельгер. - Я хочу, чтобы каждый человек, каждая нация, каждый народ, насколько это возможно, помнил свои исторические, этнические корни и оставался интересным по своему происхождению".

Важно чувствовать себя нужным

У Бельгера всегда был и остается четкий режим дня, от которого он не позволяет себе отступать. Это немецкая черта, доставшаяся в наследство от отца. Думал ли он когда-нибудь уехать жить в Германию? Писатель говорит, что задумывался об этом, но почувствовал, что там он потеряет связь с казахской культурой и чувство своей самобытности.

"Будучи как-то в Германии, я обронил фразу, что я остаюсь сторожем немецких могил в Казахстане, и эта фраза до сих пор там гуляет. Нынче я так пессимистически не говорю, но сама по себе фраза мне нравится". По словам писателя, он остается жить в Казахстане, потому что чувствует себя нужным только в Казахстане, только в казахской среде.

В 1992 году президент Казахстана наградил Герольда Бельгера премией Мира и согласия, в 1994 году писатель получил первый в истории Казахстана орден "Парасат" ("Благородство").

Бельгера уважают в стране, и выражается это не только в количестве высоких наград. Например, в Алма-Ате одна казахская семья назвала сына Герольдом в его честь. В городе многие знают маршрут его традиционной ежедневной прогулки возле памятника казахскому ученому Чокану Валиханову. Люди узнают Бельгера, подходят к нему – чтобы прикоснуться к "живому классику" и просто поговорить. Такие знаки внимания писателю особенно дороги.

Сейчас начат выпуск десятитомника избранных произведений Герольда Бельгера. Первый том уже готов, и в ближайшие три года выйдут все остальные книги. Примечательно, что финансируется проект из госбюджета

dinara
dinara-orazova@rambler.ru
13-12-09 20:06
ребенок жить начинает в семье. Семья готовит ребенка к жизни в обществе.В кругу самых родных и близких людей, формируется его характер, складывается мировозрение.
бекжанова карина
karina_rb
25-11-09 08:18
Аль-Фараби Абу-Наср Ибн Мухаммед
Философ, ученый-энциклопедист, один из главных представителей восточного аристотелизма, переплетающегося с неоплатонизмом. Прозвище - Второй учитель (после Аристотеля). Жил в Багдаде, Алеппо, Дамаске. Основные сочинения: "Геммы мудрости", "Трактат о взглядах жителей добродетельного города", трактат о классификации наук, "Большая книга о музыке".
Аль-Фараби родился в 870 году в районе Фараба, в городке Васидж, у впадения реки Арысь в Сырдарью (территория современного Казахстана). Он выходец из привилегированных слоев тюрков. Полное имя - Абу-Наср Мухаммад Ибн Мухаммед Ибн Тархан Ибн Узлаг аль-Фараби ат-Турки.
Стремясь познать мир, аль-Фараби покинул родные места. По одним сведениям, он ушел в юности, по другим - в возрасте около сорока лет. Аль-Фараби побывал в Багдаде, Харране, Каире, Дамаске, Алеппо и других городах Арабского халифата.
Существует свидетельство о том, что до своего увлечения науками аль-Фараби был судьей. Рассказывается также и о том, как он приобщился к знаниям. Однажды один из близких людей отдал аль-Фараби на хранение книги, среди которых было много трактатов Аристотеля. Аль-Фараби в начал листать эти книги и увлекся ими.
Аль-Фараби до приезда в Багдад владел тюркским языком и некоторыми другими, но не знал арабского, к концу же жизни владел более чем семьюдесятью языками. Живя в Багдаде, аль-Фараби начал заниматься различными науками, прежде всего логикой. В это время в Багдаде наиболее популярным мыслителем был Абу-Бишр Матта бен-Йунис. Ряды его учеников пополнил аль-Фараби, который записал со слов Абу-Бишр Матта комментарии к трудам Аристотеля по логике. Аль-Фараби углубился в изучение наследия Аристотеля, он обретает легкость восприятия идей и совокупности задач и проблем, поставленных великим греком.
Результатом разносторонних научных изысканий аль-Фараби явился трактат "О классификации наук", в котором в строгом порядке были перечислены науки того времени, определен предмет исследования каждой.
В Багдаде аль-Фараби основательно пополняет свои знания, входит в контакт с видными учеными и довольно быстро становится самым авторитетным среди них. Но в среде догматически настроенных богословов возникает неприязнь ко всему строю мышления аль-Фараби, нацеленному на открытие рационалистических путей познания и поиски достижения для людей счастья в земной жизни. В конце концов аль-Фараби вынужден покинуть Багдад.
Он направляется в Египет через Дамаск. В своей книге "Гражданская политика" он упоминает, что начал ее в Багдаде, а кончил в Каире (Миср). После путешествия аль-Фараби вернулся в Дамаск, где прожил до конца своих дней, ведя в нем уединенный образ жизни. Свои сочинения он записывает на отдельных листах (поэтому почти все созданное им приняло форму отдельных глав и записок, некоторые из них сохранились лишь в фрагментах, многие не были закончены). Умер он в возрасте восьмидесяти лет и был погребен за стенами Дамаска у Малых ворот. Сообщают, что молитву по нему на четырех папирусах читал сам правитель.
Философская деятельность аль-Фараби многогранна, он был ученым-энциклопедистом. Общее количество работ философа колеблется между 80-ю и 130-ю.
Аль-Фараби стремился постичь конструкцию мира систематически. Начало выглядит вполне традиционно - это аллах. Середина - это иерархия бытия. Человек это индивид, постигающий мир и действующий в нем. Конец - достижение подлинного счастья.
Большое значение аль-Фараби придавал уяснению места человека в познании. Чувственного познания недостаточно для постижения сущности. Это возможно только посредством разума.
"Трактат о взглядах жителей добродетельного города" - одно из самых зрелых произведений аль-Фараби. Он создан в 948 году в Египте.
Здесь содержится учение о "добродетельном городе", во главе которого стоит философ. Аль-Фараби полагает, что цель человеческой деятельности - счастье, которого можно достигнуть лишь при помощи разумного познания. Общество мыслитель отождествлял с государством. Общество - тот же человеческий организм. "Добродетельный город подобен здоровому телу, все органы которого помогают друг другу, с тем, чтобы сохранить жизнь живого существа".


Аzamat
27-01-09 16:14
Герольд-ага более казах чем многие наши казахи.
Арман
24-01-09 23:39
Даур, вообще-то он с СКО. Туда их пееселили с Поволжья.
Alice
lulu-luna@mail.ru
24-01-09 15:59
да никто не против учить казахский язык! В Казахстане нет грамотной методики преподавания! Почему иностранцы шпарят на казахском? Потому что они учат его как любой другой иностранный язык!!! А у нас что? Нет динамики, господа! Нет приличной методики!!! Почему в школах дети от первого и до 11-го класса изучают весну, зиму, осень и лето???!!! Так что, это не народ сопротивляется, а просто-напросто нет действительно грамотных преподавателей!!! Ну если и есть, то единицы!!! Почему турецкий люди учат легко и непринужденно, а казахский не могут?? а ведь эти два языка из одной языковой группы!!! Получается, что правительство требует знаний, а ничего для етого не делает!!!
Идеалист
04-11-08 08:36
Герольду памятник при жизни ставить нужно!

Я его на министра культуры рекоммендовал бы!
Мұхтар деген қазақ
14-10-08 07:26
ORDA! Үлкен РАХМЕТ!
Если все казахи переживали бы за судьбу Великого Казахского языка как ГЕРАҒА (Герольд Белгер), так не "осиротел" бы наш язык.
AkKazakh
Baidebek
28-02-08 15:31
просто прекрасная статья!!! спосибо большое!
Даур
18-02-08 09:07
герольд бергер = карсавчик. я горжусь, что он мой земеля-алматинец
mongol
subedeibahadur@mail.ru
09-08-07 14:43
автор немец, поэтому кое-где есть ошибки. а в целом - респект, даже казах так не напишет
акбасты
Самал
09-08-07 04:53
200 слов?-бишара обездоленный-соз
Самал
06-08-07 18:10
Орда спасибо огромное, очень интересно,
занимательные записи, остроумный автор, много интересного открыла для себя хотя бы то, что раньше считали, что казахский это всего 200 слов местами смешной и ироничный, местами вызывает добрую улыбку,
вообще в повседневной жизни забываешь некоторые ценности, так же как и язык, но когда читаешь такое мнение невольно гордишься своим родным казахским.

ORDA
04-08-07 20:04
mongol: рахмет
mongol
subedeibahadur@mail.ru
31-07-07 10:17
RRESSPECT ORDA! тонкий ценитель казахской культуры!
Дилара
dilara.umirova@gmail.com
15-04-07 09:28
Коп рахмет сiзге. Очень познавательно, а главное очень востребованно.
BAWIR$AQ
bauyrsak@hotmail.com
21-01-07 22:56
Скачать "КАЗАХСКОЕ СЛОВО" в формате PDF:

http://www.turan.info/library/index.php?dl=65
Керей
soleil2030@rambler.ru
21-01-07 22:22
Все очень позновательно! Тоже себе скопировала. спасибо!
Просто Она
anna_91_05@mail.ru
21-01-07 16:05
Где найти на казхском языке про Ралова В. В., Сауранбаева Ныгмета и Айдарова Губайдола??? Пожалуйста подскажите!!
Арман
asady@rambler.ru
02-11-06 19:54
Коп рахмет.
Прочитал-распечатал-дети прочитают-сам потом еще перечитаю.
Бауыржан
01-11-06 17:17
Рахмет!
Даник
danik_b@rambler.ru
27-10-06 17:45
подскажите, где скачать "Путь Абая"?

если у кого-нибудь есть, вышлите пожалуйста на мыло!!!

заранее очень благодарен!!!
Айпери
30-06-06 23:41
Мне понравилась как русские слова переименовываются на казахские..классно! у нас у кыргызов такое есть но не да токой степени
Шасси
30-06-06 20:42
Очень интересно, многие слова мне известны и знакомы, но некоторые не знала точно что именно значат.
Многие прочитали, но почему-то ничего не пишут.
Будет еще что-нибудь интересное о языке - пиши. С удовольствием прочитаем.
falena
liondezy@rambler.ru
25-06-06 23:46
привет еще раз
прочитала, для интересующихся и продолжающих интересоваться: этот немец перевел на русский (если мне не изменяет память и другие мыслительные процессы) книгу "Исповедь матери", только что прочитала)





Ваш ответ
Ваше имя:
Обратите внимание, что этом форуме можно писать только по-русски. Для общения на казахском приглашаем в казахские форумы.
Также запрещены тексты, набранные ЗАГЛАВНЫМИ и latinicey.
Ваш e-mail:
Текст:
Код на картинке:

обновить код
 




© 2002—2017   | info@kazakh.ru   | Блог  | О проекте  | Реклама на сайте | Вакансии 
Группа Вконтакте Страница в Фейсбуке Микроблог в Твиттере Сообщество на Мейл.ру Канал пользователя kazakhru - YouTube